Рискуя жизнью, он ищет алмазы и золото

В Анголе ему пришлось работать буквально на минном поле, которые до сих пор встречаются практически по всей территории этой страны. Не подорвался. В Танзании он оказался в одном из самых криминальных мест в мире - на алмазных приисках возле кимберлитовой трубы Мвадуи. Выбрался невредимым. В Гвинее жил в джунглях среди людей, которые доселе не видели белого человека, не знают, что такое мобильный телефон, и которые мрут, как мухи, от малярии. Он тоже переболел, но выжил. В Центральноафриканской республике оказался в самый разгар междоусобицы, причина которой, конечно же, алмазы. Остался жив. Все это о жителе Бердичева, докторе геолого-минералогических наук Викторе Подвысоцком. Несколько лет назад мы писали о его африканских похождениях. А теперь Виктор Тодосьевич принялся за освоение Индокитая.

Главная ценность жизни в ней самой

- Я бы отправил всех любителей жаловаться на жизнь в Лаос, - заявил мой старый знакомый - бердичевлянин, профессор-геолог Виктор Подвысоцкий. Он только что вернулся из этой страны, где в составе украинской экспедиции искал золото. - Лаосцы - буддисты. Они радуются тому, что имеют, и не скорбят о том, чего у них нет. В этом смысле буддизм - самая правильная религия…
Виктор Подвысоцкий хорошо понимает ценность жизни как таковой. И еще он совершенно точно знает, что хороших людей на планете намного больше, чем плохих. Так что ему не надо быть буддистом, чтобы любить жизнь такой, какая она есть.

В нормальных «человеческих» (по нашим меркам) условиях ему приходится жить лишь в «антрактах» между зарубежными командировками. А в «поле» его обиталище - либо палатка в саванне Анголы, либо круглая саманная хижина в джунглях Гвинеи, либо зимовье в прибайкальской тайге. Он привык радоваться сухому спальному мешку, лепешке, испеченной на угольях, чашке риса с филе крокодила на обед и глотку пальмового вина на сон грядущий.

И почему же ему не сидится в кабинете? Диплом доктора наук в кармане, можно уже и брюшко отращивать! Виктор Подвысоцкий - ученый не кабинетный, а полевой. Он ищет алмазы и золото. Точнее, он дает экспертную оценку участку или потенциальному месторождению - насколько оно перспективно на предмет промышленной разработки «драгоценных ископаемых». Его рабочее место в «поле», а в какой точке земного шара это «поле» находится, вопрос десятый. Его инструменты - GPS, лопата, промывочный лоток, колоссальные знания и огромный опыт. Он один из немногих на Земле, кто хорошо знает ценность алмазов, но вот на собственную коллекцию кристаллов пока не заработал.

Украинцы моют золото в джунглях Лаоса

В Лаосе он исследовал так называемые коренные месторождения золота по заданию украинской компании ONIX Ltd. Исследовав с помощью Виктора Подвысоцкого и его коллег лаосские недра и выявив золотоносные территории, она уже сегодня готова начать строительство рудника по добыче золота. Самородков Виктор Тодосьевич не нашел, потому что их там нет. Лаосское коренное золото запечатано в кварц, откуда его можно извлечь лишь в виде пыли. А вот с лаосцами очень подружился.

- Я действительно влюбился в лаосцев. Работать с ними одно удовольствие, - рассказывает он. - Если поручил что-то, можно быть уверенным, что задание будет выполнено в срок и самым тщательным образом. Перепроверять своих работников, как, например, африканцев, а тем более отчитывать их не принято, да и нет повода.

- Чем вас сумел удивить Лаос с первого взгляда?

- Я летел через Таиланд. После аэропорта Бангкока аэропорт Вентьяна показался более чем скромным. Впрочем, и наш «Борисполь» в бангкокском аэропорту просто потерялся бы. Когда прибыл во Вентьян, бросилось в глаза, что на зданиях всех госучреждений лаосской столицы по два флага: один национальный, а другой - красное полотнище с серпом и молотом. С идеалами социализма здесь не порывали, хотя, как и в Китае, социализм здесь номинальный. В Лаосе другая жизнь, нежели в Таиланде, неспешная. Тайцы посмеиваются над лаосцами - говорят, что те не выращивают рис, а слушают, как он растет. Присматриваясь к лаосцам, я понял, что деньги для них вещь нужная, но не основная в жизни. …Как-то заехал на шиномонтаж поменять резину на машине. А мастер не захотел возиться. Сказал, что на сегодня с него хватит. И вид зеленых купюр нисколько его не вдохновил.

Дети джунглей

- Три дня я провел во Вентьяне, а потом наша команда ушла на полтора месяца во влажные джунгли бассейна Меконга. Палатка, костер, река, лес - вот и все наши удобства, - рассказывает Виктор Тодосьевич. - Дорог никаких. Только тропы. Единственный вид транспорта - местный тук-тук (в лаосском произношении звучит как «ток-ток»). Это то, что у нас называют мотоблоком: дизельный агрегат на одной оси, руль, похожий на рога антилопы, и тележка сзади. Никакая другая техника по этим тропам не пройдет. По утрам в джунглях лежит туман, густой, как молоко. Если забыл забрать обувь на ночь в палатку - отсыреет насквозь. И это в сухой сезон! Но когда туман рассеивается, влажность быстро падает. А запах… У джунглей Лаоса запах тонкий, но пряный. Это запах и трав, и земли. Экваториальная Африка пахнет иначе, резче. Мне тот запах тоже нравится. А вот Монголия, где мне тоже приходилось бывать, насквозь пропахла… баранами!

- Чем народ местный занимается?

- Рис выращивает, лес ворует, золото нелегально моет. По крайней мере там, где я бывал. По ночам спать было невозможно - в лесу визжали бензопилы. Это валили ценные породы деревьев: розовое (оно твердое, как камень), красное. Обращаются с драгоценным деревом эти лесорубы по-варварски: из гигантского ствола вырезают брус, который можно незаметно вывезти, и продают  за пару сотен долларов. Все остальное оставляют в лесу. …А золото моют в нелегальных артелях и продают потихонечку перекупщикам по 30-35 долларов за грамм. Ну и торговлей занимаются - возят свой рис в соседний Таиланд, а оттуда везут бытовую технику, тряпки.

- Сколько человек было в вашей бригаде?

- Человек восемь: я, еще один украинский геолог Рома Чайка. Остальные - лаосцы: промывальщик Ди, водитель и по совместительству повар Лом, копатель Э (его задачей было ходить за мной и копать шурфы там, где я укажу), топограф Сит и двое разнорабочих, их имен я не запомнил. Мой промывальщик Ди - настоящее дитя джунглей. Идем мы, скажем, по тропе. Вдруг он остановился, срубил стебель бамбука диаметром сантиметров 7, извлек из него какую-то личинку, съел ее живьем и пошел дальше. Когда настало время привала, срубил два стебля длиной около метра, наполнил их водой и сунул вертикально в костер. Через пять минут вода закипела. Тогда Ди сыпанул в кипяток заварки, заткнул стебли-чайники пучками ароматных трав и процедил сквозь них кипяток в стаканчики, тут же сделанные им из того же бамбука. Сказал «это полезно» и протянул мне. Этот импровизированный чай напоминал немного отвар мяты. Бамбук словно специально придуман для походной жизни, а Ди отлично с ним управлялся. И пищу на костре он готовил за считанные минуты: нарвет каких-то трав, накопает корешков, а главным блюдом может оказаться змея или летучая мышь. Животную пищу он либо варил, либо поджаривал на огне в зажиме из расщепленного бамбука. Бамбук повсюду. Деревенские дома, а точнее лачужки на сваях - из бамбука, заборы - из него же, хозяйственная утварь, музыкальные инструменты - тоже. На бамбуке и рисе взращена цивилизация Индокитая.

«Яйца с цыплятами внутри я не смог осилить даже после стакана рисовой водки»

- Как вам пришлись лаосские деликатесы? Кухня Юго-Восточной Азии ведь весьма специфическая!

- Я их избегал. В жареных скорпионах я вообще не усматриваю ничего съедобного - не нахожу никакого удовольствия в высасывании их внутренностей, а местный деликатес - яйца с невылупившимися цыплятами - не смог осилить даже после стакана рисовой водки. А едят их так: отваривают, пробивают у яйца «попку», сквозь дырочку выпивают сок, а потом ложкой, как яйцо всмятку, вычерпывают цыпленка. Бр-р-р… Зато мне пришлась по душе местная свинина. Лаосские небольшие свинки не сальные, мясо ароматное, потому что у них в рационе в основном трава. Да и в моем рационе тоже было очень много травы - зелень у лаосцев в большом почете. И вообще они стараются есть то, что, по их мнению, полезно. При этом рыбу едят с чешуей, потому что это полезно, а змей от грубой чешуи очищают, но шкуру не снимают. А вот в черной Африке отношение к пище совсем иное - набить живот, чтобы не чувствовать голода. Там мой рабочий мог на завтрак съесть порцию мамалыги из маниоки, пообедать ею же, а на ужин у него вновь маниока. И так изо дня в день…

- А как лаосцы относятся к выпивке?

- Народ они малопьющий, но рисовую самогонку делают отличную! У них там самогоноварение не преследуется. Гонят и реализуют на базарчиках. Идешь по улице мимо такого базарчика - все протягивают стаканчики: на, пробуй. Можно при таком обилии халявы серьезно напробоваться. Впрочем, нет смысла этим увлекаться: полуторалитровая бутыль сорокаградусной рисовой водки стоит не больше двух долларов. Такая же водка в магазинах дорогая, но никудышная. А местное пиво «Бирлао» вполне приличное.

- Ну а как насчет секс-индустрии в Лаосе? Чувствуется растлевающее влияние соседнего Таиланда?

- Дело, пожалуй, не в Таиланде, а в отношении восточноазиатов к сексу. С «индустрией» я не сталкивался. В джунглях, где я работал, ее, понятно, нет. Но, по словам лаосских коллег, секс за вознаграждение воспринимается лаосским обществом без осуждения. Это нормальный вид заработка. Причем о лаосцах нельзя сказать, что все такие продажные или падшие, ни в коем случае.

- Как относятся там к украинцам?

- Замечательно относятся. Как и ко всем. Но с чувством собственного достоинства, без самоунижения и выпрашивания доллара. …Я поневоле сравниваю с Африкой… В прошлом году я работал в Зимбабве. Еду как-то по проселку. На обочине стоит старик-негр. Увидел меня, сорвал с головы шляпу и согнулся в поклоне. Он еще помнит времена, когда Зимбабве была Южной Родезией, где правило белое меньшинство. Когда черные пришли к власти, лучше жить не стало, а сейчас там и вовсе полный развал экономики. …Но дороги по-прежнему в прекрасном состоянии, не в пример нашим. А один местный юноша напросился сфотографироваться со мной. Потом всем хвастался, какой он крутой, - как же, в обнимку с белым!

Наугад по минному полю

- Остались ли в Лаосе следы войны?

- Нет. Более того, такое ощущение, что о гражданской войне и американских бомбардировках 50-70-х годов там стараются забыть. …И снова сопоставляю с Африкой. В Анголе следы гражданской войны везде. По сей день люди и животные подрываются на минах, которыми напичкана тамошняя земля. Однажды мне пришлось работать практически на минном поле. Нужно было исследовать кимберлитовую трубу на предмет наличия в ней алмазов. Наша бригада вместе с проводником - местным охотником взобралась на огромный желтый грузовик «Урал», поехали. Вдруг охотник забеспокоился и сказал, что недавно здесь на противотанковой мине подорвался слон. Наш водитель из местных впал в ступор, а потом заявил, что заболел и дальше не поедет. А для наглядности вывалился из кабины и стал корчиться в судорогах. Тогда я сам сел за руль и повел грузовик. Когда добрались до места, я, наверное, похудел на несколько килограммов - истек холодным потом. Обратный путь нужно было проделать строго по своим же следам - сантиметр-два вправо или влево грозили смертью. Тогда я хорошо понял, как прекрасна жизнь.

- Назовите самое красивое место на земле из тех, что вы видели.

- Водопад Виктория в Зимбабве. Река Замбези просто проваливается в трещину в земной коре глубиной больше 100 метров. Это грандиозно!

Сейчас Виктор Подвысоцкий совместно с автором этой статьи работает над книгой воспоминаний о своей погоне за алмазами и золотом от Крайнего Севера России до юга Африки, от западного до восточного побережья Атлантики. С самыми интересными главами этой книги мы еще ознакомим читателей «Эхо».
Виктор Конев

А это фотовпечатления Виктора Подвысоцкого о некоторых его экспедициях:

Люди Мушимба (они же Химба) для юга Африки почти такая же экзотика, как и для нас. Их кожа черная, но умащенная смесью красной глины с говяжьим жиром. Одежда (если эти легкомысленные бикини можно назвать одеждой) - из кожи. Они искренне не понимают, зачем нужны города, деньги и автомобили, если есть коровы.

А ниже - уже Азия, Индокитай, Лаос, Вентьян. Здесь серпастые и молоткастые алые стяги столь же обязательны, как и национальные флаги.

Это бамбуковый чайник, который в джунглях Лаоса всегда под рукой.

Моя лаосская бригада золотоискателей (слева направо): я, Лом, Э, Ди. И, само собой, наш вездеход "ток-ток".

Ди за промывкой: ему не нужно объяснять, его не нужно контролировать - он все сделает так, как следует, или немножко лучше.

В этом камне спрятано лаосское коренное золото

И снова Африка, Ангола: сзади саперы подрывают найденные мины, а впереди у нас полная неизвестность. Нужно ехать строго по колее, чтобы не взлететь к праотцам.

В этой деревушке в джунглях Гвинеи, где белого человека видят редко, а многие, что помоложе, и вовсе не видели, у меня даже есть недвижимость - вон та хижина, что за нашими спинами по центру. Ее местные жители слепили специально для меня, поскольку в палатке моей было невыносимо душно.

Африка. Зимбабве. Водопад Виктория. Здесь река Замбези проваливается в стометровую трещину.

Баннер
Баннер

Лента новостей

сейчас на сайте

Сейчас 169 гостей онлайн

Газета "Эхо" © 1989-2018. При любом использовании материалов сайта ссылка (для интернет-изданий - гиперссылка) на на http://www.exo.net.ua обязательна
новости житомира